Ценева Ольга Александровна, врач ультразвуковой диагностики
111539, ул. Вешняковская 23, Москва
Olga A. Tseneva, Ultrasonographer
ulitsa Veshnyakovskaya 23, Moscow, 111539
Моисеенкова Елена Валерьевна, к. м. н., врач ультразвуковой диагностики
111539, ул. Вешняковская 23, Москва
Elena V. Moiseenkova, Cand. Sci. (Med.), Ultrasonographer
ulitsa Veshnyakovskaya 23, Moscow, 111539
Дорошенко Дмитрий Александрович, к. м. н., заведующий отделением лучевой диагностики; доцент кафедры ультразвуковой диагностики
111539, ул. Вешняковская 23, Москва
Москва
Dmitriy A. Doroshenko, Cand. Sci. (Med.), Head of the Unit of Diagnostic Radiology and Radiation Therapy; Associate Professor at the Diagnostic Ultrasound Department
ulitsa Veshnyakovskaya 23, Moscow, 111539
Moscow
Михайлусов Сергей Владимирович, д. м. н., профессор кафедры госпитальной хирургии
Москва
Sergei V. Mikhailusov, Dr. Sci. (Med.), Professor at the Hospital Surgery Department
Moscow
Аносов Виктор Давидович, к. м. н., заместитель главного врача по хирургии; ассистент кафедры госпитальной хирургии
111539, ул. Вешняковская 23, Москва
Москва
Viktor D. Anosov, Cand. Sci. (Med.), Deputy Chief Physician for Surgery; Assistant Professor at the Hospital Surgery Department
ulitsa Veshnyakovskaya 23, Moscow, 111539
Moscow
Хоконов Мухамед Амирханович, д. м. н., заведующий хирургическим отделением
111539, ул. Вешняковская 23, Москва
Muhamed A. Hokonov, Dr. Sci. (Med.), Head of the Surgery Unit
ulitsa Veshnyakovskaya 23, Moscow, 111539
Корошвили Вадим Теймуразович, к. м. н., врач-хирург
111539, ул. Вешняковская 23, Москва
Vadim T. Koroshvili, Cand. Sci. (Med.), Surgeon
ulitsa Veshnyakovskaya 23, Moscow, 111539
Актуальность: Несмотря на широкое использование в повседневной лечебной практике современных высокоточных методов исследования, диагностика панкреонекроза и его осложнений представляет сложность для специалистов.
Цель: Определение топографических особенностей местных осложнений панкреонекроза с помощью ультразвукового сканирования и их влияние на исход заболевания.
Материалы и методы: Обследовали 92 больных с панкреонекрозом среднего и тяжелого течения. Средний возраст 42,8±4,6 лет. Выделены 4 типа (модели) панкреонекроза, в зависимости от распространения местных осложнений: центральный – 25 (27,2%), левый – 32 (34,8%), правый – 16 (17,4%), смешанный – 19 (20,6%). Использовали ультразвуковые сканеры LOGIQ e (GE HealthCare, США), MyLab 70 (Esaote, Италия), Voluson S10 (GE HealthCare, США), с конвексными и линейными датчиками с частотой 5,0 и 7,5 МГц. Статистическая обработка проводилась с использованием базы данных Microsoft Excel 2017 (Microsoft Corp., США), с помощью средних величин (М), 95% ДИ, критерия χ2 , с представлением значения p.
Результаты: Определен диагностический ультразвуковой алгоритм, топографические взаимоотношения местных осложнений и органов брюшной полости, пути распространения воспалительно-некротических изменений, сравнили исход заболевания при различных конфигурациях очагов, в зависимости от типа.
Обсуждение: Наиболее востребованными ориентирами для распространения были парапанкреатическая клетчатка и сальниковая сумка (93,4%), наименее – паранефрий (28,3%) (χ2 =135,674; p <0,001) . Затеки по фасциям Героты и Тольдта были диагностированы без различий слева и справа (χ2 =0,028; p=0,867 и χ2 =0,001; p=0,977). Среди изолированных очагов чаще встречались «полоски» – 41,4% (χ2 =26,561; p <0,001) , «овалы» – 20,7% (χ2 =75,625; p <0,001) и «капли» – 17,2% (χ2 =47,207; p <0,001) , реже – сложные конфигурации («подкова» и «бабочка»).
Заключение: Уточненная диагностика местных осложнений панкреонекроза, эхосемиотика и синтопия позволяют прогнозировать эффективность чрескожной санации под ультразвуковым наведением и выбрать оптимальный доступ для оперативного лечения.
Relevance: Diagnosing pancreatic necrosis and its complications is challenging despite the widespread use of state-of-the-art highprecision imaging methods in routine practice.
Objective: To determine topographic features of local complications of pancreatic necrosis using ultrasonography and their effect on the disease outcome.
Materials and methods: We examined 92 patients (mean age, 42.8±4.6 years) with moderate and severe pancreatic necrosis. There were 4 types (models) of pancreatic necrosis according to the spread of local complications: central, 25 cases (27.2%); left, 32 (34.8%); right, 16 (17.4%), and mixed, 19 (20.6%). We used ultrasound machines: LOGIQe (GE HealthCare, USA), MyLab 70 (Esaote, Italy), Voluson S10 (GE HealthCare, USA), with convex and linear transducers (5.0 and 7.5 MHz). Analyses were conducted with Microsoft Excel 2017 (Microsoft Corp, USA) using mean values, 95% CI, the χ2 test, and the P value.
Results: We determined a diagnostic ultrasonographic algorithm, topographic relationship of local complications and abdominal organs, and ways of inflammation and necrosis spread, and compared disease outcomes for different configurations of foci. Discussion: The most popular landmark was the parapancreatic fiber and omental bursa (93.4%); the least, the paranephrium (28.3%) (χ2=135.674; P <.001) Leakage along Gerota and Toldt fascias showed no differences between the left and right sides (χ2=0.028; P=.867 and χ2=0.001; P=.977). Among the isolated foci, “stripes” (41.4%) (χ2=26.561; P <.001), “ovals” (20.7%) (χ2=75.625; P <.001) ), and “drops” (17.2%) (χ2=47.207; P <.001) were more common findings than complex configurations (“horseshoes” and “butterflies”).
Conclusions: The refined diagnosis of local complications of pancreatic necrosis, ultrasonographic manifestations, and syntopy enable to predict the effectiveness of ultrasonography-guided percutaneous drainage and choose an optimal surgical approach.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.