Комиссарова Ксения Вадимовна, врач-терапевт, Городская клиническая больница № 15 им. О.М. Филатова; лаборант кафедры госпитальной терапии им. П.Е. Лукомского, Российский национальный исследовательский университет им. Н.И. Пирогова
Городская клиническая больница № 15 им. О.М. Филатова, 111539, Москва, ул. Вешняковская, 23
Ksenia V. Komissarova, Primary Care Physician, O.M. Filatov City Clinical Hospital No. 15; Department Assistant, Department of Hospital Therapy named after Academician P.E. Lukomsky, Pirogov Russian National Research Medical University
O.M. Filatov City Clinical Hospital No. 15, ulitsa Veshnyakovskaya 23, Moscow, 111539
Годзенко Андрей Вячеславович, врач-рентгенолог
Москва
Andrew V. Godzenko, Radiologist
Moscow
Дорошенко Дмитрий Александрович, к. м. н., доцент кафедры ультразвуковой диагностики, руководитель Университетской клиники кафедры ультразвуковой диагностики, Российский национальный исследовательский университет им. Н.И. Пирогова; заведующий отделом лучевых методов диагностики и лечения, Городская клиническая больница № 15 им. О.М. Филатова
Москва
Dmitriy A. Doroshenko, Cand. Sci. (Med.), Associate Professor at the Diagnostic Ultrasound Department, Head of the University Clinic, Diagnostic Ultrasound Unit, Pirogov Russian National Research Medical University; Head of the Unit of Diagnostic Radiology and Radiation Therapy, O.M. Filatov City Clinical Hospital No. 15
Moscow
Гордеев Иван Геннадьевич, д. м. н., профессор, заведующий кафедрой госпитальной терапии им. акад. П.Е. Лукомского
Москва
Ivan G. Gordeev, Dr. Sci. (Med.), Professor, Head of the Department of Hospital Therapy named after Academician P.E. Lukomsky, Pirogov Russian National Research Medical University
Moscow
Аверков Олег Валерьевич, д. м. н., профессор кафедры госпитальной терапии им. акад. П.Е. Лукомского, Российский национальный исследовательский университет им. Н.И. Пирогова; заместитель главного врача по медицинской части, Городская клиническая больница № 15 им. О.М. Филатова
Москва
Oleg V. Averkov, Dr. Sci. (Med.), Professor, Head of the Department of Hospital Therapy named after Academician P.E. Lukomsky, Pirogov Russian National Research Medical University; Deputy Chief Physician for Medical Affairs, O.M. Filatov City Clinical Hospital No. 15
Moscow
Вечорко Валерий Иванович, д. м. н., профессор кафедры госпитальной терапии им. акад. П.Е. Лукомского, Российский национальный исследовательский университет им. Н.И. Пирогова; главный врач Городской клинической больницы № 15 им. О.М. Филатова
Москва
Valerij I. Vechorko, Dr. Sci. (Med.), Professor at the Department of Hospital Therapy named after Academician P.E. Lukomsky, Pirogov Russian National Research Medical University; Chief Physician, O.M. Filatov City Clinical Hospital No. 15
Moscow
Введение: В ряде исследований тяжесть поражения легочной ткани Sars-Cov-2 в остром периоде выступает предиктором наличия изменений в легких в отдаленном периоде.
Цель исследования: Оценить КТ-картину в отдаленном периоде после перенесенного поражения легких степени КТ-4 коронавирусной этиологии в различные «волны» пандемии и сопоставить ее с клиническими данными.
Материалы и методы: В исследование вошел 51 пациент (51,0% женщин, возраст 57 ± 12 (95% ДИ, 53–60 лет), пролеченный в ГКБ № 15 им. О.М. Филатова г. Москвы по поводу коронавирусной инфекции с поражением легких степени КТ-4, больные после выписки дали согласие на обследование. В отдаленном периоде проводилась КТ органов грудной клетки и оценивалась одышка по MRC. Пациенты делились на группы, в зависимости от волны пандемии (12 пациентов первой волны, обследованы через 12,5 мес. после выписки, 13 пациентов – второй волны, обследованы через 6,5 мес., 26 – третьей волны через 8 мес.), и степени одышки (19 человек – в группе 0 степени, 32 человека – в группе 1-й и 2-й степеней).
Результаты исследования: У 50 (98,0%) обследованных выявлены патологические изменения. Наиболее часто – фиброзоподобные (88,2%), участки уплотнения (47,1%), «матовые стекла» (13,7%). Указанные паттерны встречались с одинаковой частотой в группах трех волн. Среди пациентов не наблюдалось одышки выше 2 степени по MRC. У 100,0% пациентов с одышкой 1-й и 2-й степени выявлялись фиброзоподобные изменения, а у пациентов со степенью 0 только в 68,4%, р = 0,002. При проведении многофакторного анализа наличие фиброзоподобных изменений было единственным фактором, ассоциированным с одышкой выше нулевой степени.
Заключение: После перенесенного поражения легких степени КТ-4 изменения на КТ присутствовали практически у всех пациентов. Полученные результаты иллюстрируют клиническое значение данных изменений, а также демонстрируют реабилитационный потенциал группы.
Introduction: A number of studies uses severity of lung damage as a predictor of lung changes in the long-term period.
Objective: To evaluate computed tomography (CT) findings in the long-term period after extremely severe lung damage (CT-4) caused by COVID-19 during different pandemic waves and compare those with clinical data.
Materials and methods: The study included 51 patients (51.0% of them were women; age, 57 ± 12 years [95% CI, 53-60]) that were treated for COVID-19 with lung damage (CT-4) in O.M. Filatov City Clinical Hospital No. 15 (Moscow, Russian Federation)
and gave their consent for examination after discharge. The patients underwent chest CT and dyspnea assessment (Medical Research Council [MRC] dyspnea scale) in the long-term period and were grouped based on the pandemic wave and dyspnea grade. Twelve patients from the first pandemic wave were examined 12.5 months after discharge; 13 patients from the second pandemic wave were examined in 6.5 months, and 26 patients from the third pandemic wave were examined in 8 months. The group with MRC dyspnea grade 0 included 19 patients, whereas 32 patients comprised the group with MRC dyspnea grades 1 and 2.
Results: CT revealed changes in 50 (98.0%) of the examined patients, with fibrotic-like changes (88.2%), areas of consolidation (47.1%), and ground-glass opacity (13.7%) being the most common findings. All 3 patterns were equally common, regardless of the pandemic wave. No dyspnea higher than MRC grade 2 was observed. Fibrotic-like changes were found in 100.0% of the patients with MRC dyspnea grades 1 and 2, whereas they were detected only in 68.4% of the patients with MRC dyspnea grade 0, P = .002. The multivariate analysis showed that fibrotic-like changes were the only factor associated with dyspnea higher than grade 0.
Conclusions: After extremely severe lung damage (CT-4) CT changes were present in almost all the patients. The study results highlight clinical significance of these changes and demonstrate the rehabilitation potential of this group.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.